Писатель и вождь. Переписка Шолохова с И.В. Сталиным. 1931-1950

Шолохов Михаил Александрович

Валентин Осипов. Писатель и власть

Ad Content

Открытия архивиста Ю. Мурина

Выход этой небольшой книжечки — переписки И. В. Сталина и М. А. Шолохова — событие.

Наконец-то страна получает основанный на архивных источниках ответ на вопрос — были ли знакомы вседержавный вождь и писатель из Вешенской, что излучал всеохватное нравственное влияние.

Эти материалы тем более нужны, если помнить, что на волне огульного изничтожения советского прошлого стали смывать со скрижалей имя М. А. Шолохова. Они необходимы для объективного анализа его места в истории.

Гостайна

В 25 лет с небольшим осмелился молодой писатель (правда, уже автор первых частей смелой эпопеи!) предупредить вождя (уже принявшего державно-культовое празднование своего 50-летия), как на Дону идет коллективизация — «Горько, т. Сталин! Сердце кровью обливается…»

В 45 лет от роду Шолохов — за три года до кончины Сталина — завершает переписку: заступается за «Тихий Дон», который осужден вождем.

Напомню: до недавних времен оставались неизвестными взаимоотношения вождя и писателя. При жизни Сталина письменно зафиксированный факт его отношения к автору «Тихого Дона» был обнародован лишь единожды — в 1949 году, в 12-м томе Сочинений. (Об этом быть рассказу в главке «Был ли любимчиком?».)

С Оттепели, в 60-е годы, стало кое-что обнародоваться — это Н. С. Хрущев, тогдашний глава партии, сообщил в речи 1963 года, что была переписка. Увы, услышанное не создало целостного восприятия взаимоотношений писателя и вождя. Было рассказано лишь об одном эпизоде — Шолохов писал в Кремль о «произволе, который творился в то время на Дону…» (замечу: ни журналисты, ни историки не поспешили «раскручивать» услышанное — в печати не появилось никакого продолжения). Затем, в двух, кажется, монографиях (малотиражных) можно было прочитать немногословное переложение рассказа Шолохова, как случились две встречи со Сталиным при одинаковом поводе, — просить о помощи, ибо по политическим соображениям запрещено было продолжать печатать «Тихий Дон» и вообще отказано в публикации «Поднятой целины».

Архивы таким образом оставались закрытыми. Только в 1990 году удалось с невероятными ухищрениями напечатать в «Правде» полный вариант одного письма Сталина Шолохову (и переписывал тайком, разумеется, не в архивную тетрадь, и редакция рискнула обнародовать текст без полагающейся визы). О том, как на это письмо откликнулся Шолохов, пойдет рассказ в главке «Шолохов и Сталин».

Журнал «Дон» поразил в перестроечные годы — напечатал то послание из Вешек, на которое и отвечал упомянутым выше письмом Сталин. Его включил в свои воспоминания П. Луговой, многонастрадавшийся друг писателя с 30-х годов, секретарь райкома.

1992–1993 годы — триумф архивиста Ю. Мурина: журналы «Родина», «Источник» и «Вопросы истории» обнародовали один за другим по частям переписку.

Оставалось только предполагать, по каким причинам и обстоятельствам и Сталин и Шолохов скрывали свои зафиксированные архивами общения; версий может быть много.

Архивист выявил створы переписки: январь 1931 — январь 1950. Он же вызволил из небытия несколько других важных документов с именами персонажей своего поиска (казалось бы, мелочь — кто присутствовал на встречах Сталина и Шолохова, но это позволяет опровергнуть мнение некоторых шолоховедов, что якобы состоялись заседания Политбюро как таковые).

Замечу: есть возможность дополнить информацию о том, что читал Сталин из-под эпистолярного пера Шолохова, Самое первое письмо о бедах на Дону Сталин прочитал еще в 1929 году. Не ему оно адресовалось. То заслуга доброй знакомой Шолохова Е. Г. Левицкой — ей писал, и она, познав страшные откровения, посчитала своим долгом познакомить с ним Сталина. Ее имя известно по посвящению к рассказу «Судьба человека». (Некоторые строчки из письма появятся в главке «Высоты обобщений».)

Еще важная замета: в главке «Был ли любимцем?» дополнительное свидетельство о том, что прочитал Шолохов о своем «Тихом Доне» из-под пера Сталина, но в письме, которое было адресовано не писателю, а одному из соратников вождя. Там шли приговорные строки…

И еще одно наиважное уточнение. Ю. Мурин включил в свою книгу только письма двух (исключения для пяти документов, но и они напрямую связаны с именем Сталина). Однако надо знать, что имя М. Шолохова в архиве ЦК значится, пожалуй, в сотне самых разных документов. Это и доносы на писателя (в одном из писем Сталину, как узнаем дальше, Шолохов сообщал: «В крайком, в ЦК посыпались клеветнические заявления на Лугового, меня и других коммунистов…»). Это и письма Шолохова Маленкову, затем Хрущеву и Брежневу — в каждом из них душа и характер вешенца: смелость! Это не только постановления о наградах, но и порицания-наказания за политическое, выражаясь нынешним языком, инакомыслие и при Сталине, и при Хрущеве, и при Брежневе. И так далее. Все это я попытался в надлежащих подробностях изложить в своей книге 1995 года «Тайная жизнь Михаила



(Ctrl + Down Arrow)
(Ctrl + Up Arrow)

Реклама


Партнёры